Последние два года оказались благоприятными для российских инвесторов. Этому способствовала уникальная конъюнктура финансового рынка, сформировавшаяся на фоне высоких процентных ставок.
В пиковый период, пришедшийся на четвертый квартал 2024 года, ключевая ставка Банка России достигала 21% годовых. Ставки по депозитам в отдельных банках превышали 22%, а доходности коротких рублевых облигаций качественных эмитентов могли достигать 22-24% годовых.
В квазивалютном сегменте рынка замещающие облигации крупнейших эмитентов – Газпрома, Лукойла, Норникеля, НЛМК – предлагали доходность на уровне 7-9% годовых в долларах и евро, а иногда и выше. На фоне «глобальной нормы» в 4-6% по качественным долларовым бондам это выглядело весьма привлекательно для инвесторов.
Сейчас можно уже с уверенностью сказать, что период высоких доходностей от инвестиций в консервативные инструменты закончился. С лета 2025 года Банк России перешел к постепенному смягчению денежно-кредитной политики. За последние девять месяцев ключевая ставка снизилась на 550 б.п. – до 15,5% годовых. Февральский прогноз ЦБ в рамках базового сценария подразумевает, что средний уровень ключевой ставки в 2026 году может составить 13,5-14,5%, а в 2027 году – 8-9%.
Разворот траектории «ключа» нашел отражение во всех секторах российского финансового рынка. На начало марта 2026 года безрисковая кривая доходности находится в диапазоне 13,5-14,5%. Это указывает на ожидания крупных инвесторов относительно дальнейшего снижения ставок. Ставки по депозитам крупнейших банков достигли уровней 12,5-13,5% и продолжают постепенно снижаться. Кредитные организации не заинтересованы в привлечении дорогих долгосрочных пассивов, ожидая дальнейшего смягчения денежно-кредитной политики.
Рынок квазивалютных облигаций за 1-1,5 года прошел стадию «насыщения», сформировались индикативные кривые доходности по выпускам крупнейших эмитентов, включая Минфин РФ. Объем первичных размещений сократился, а спрос на качественные валютные бумаги превысил предложение. В результате доходности лучших выпусков в долларах, евро и юанях снизились до скромных 5-6,5% годовых.
Поиск баланса между риском и доходностью
Что делать консервативным российским инвесторам при текущей конъюнктуре и при этом сохранить комфортный уровень доходности, к которому они привыкли?
Традиционным выходом является смена класса активов для инвестиций в пользу более доходных, что неминуемо повлечет за собой и более высокие риски. На наш взгляд, в такой ситуации наиболее оптимальным инструментом, способным гибко регулировать соотношение риск/доходность являются структурные продукты.
Такие инструменты позволяют покрывать широкий спектр потребностей для инвесторов с различными инвестиционными целями. Можно выбрать продукты с частичной или полной защитой капитала и получить участие в росте перспективных активов или выбрать продукт с условной защитой капитала и регулярными купонными выплатами.
Мы считаем, что в текущей стадии инвестиционного цикла структурные продукты с защитой капитала являются наиболее оптимальным выбором для инвестора. Например, продукты с участием в росте стоимости длинных ОФЗ. При снижении процентных ставок такие бумаги растут в цене, что позволит инвестору заработать дополнительный доход. Если ставка не изменится или вырастет и цены на длинные ОФЗ упадут, то инвестор сохранит 100% собственных вложенных средств. Аналогичный механизм работает и с экспозицией на отдельные акции или корзины акций – инвесторы могут участвовать в их росте с заранее установленным уровнем защиты капитала.
Валютная диверсификация
Для российских инвесторов важным остается вопрос валютной диверсификации. Ряд макроэкономических факторов – включая структурный дефицит текущего счета, снижение экспортных доходов и высокую потребность экономики в импорте технологий – формируют риски ослабления рубля в среднесрочной перспективе. На текущий момент макроэкономические прогнозы большинства экспертов предполагают сохранение давления на российскую валюту как минимум в ближайшие кварталы.
При этом спектр доступных валютных инструментов на внутреннем рынке остается ограниченным, а прямой доступ к глобальным рынкам для многих инвесторов затруднен. В таких условиях особую привлекательность имеют структурные продукты с валютной экспозицией, которые позволяют защитить капитал в валюте и поучаствовать в росте портфелей иностранных акций или глобальных тематических индексов, ориентированных на сектора, которые будут формировать мировую экономику в перспективе ближайших десятилетий (технологическая инфраструктура, ИИ, квантовые вычисления, энергетика).
Распространенные представления о структурных продуктах
Несмотря на широкое использование структурных продуктов, вокруг них сохраняется ряд устойчивых предубеждений. Одно из них заключается в том, что данные инструменты являются преимущественно способом заработка для финансовых посредников. На практике структурный продукт представляет собой лишь заранее сформированную инвестиционную стратегию, при создании которой могут использоваться различные производные инструменты – опционы, фьючерсы и др. Самостоятельное построение подобных стратегий зачастую связано со значительными затратами и технической сложностью.
Другое распространенное заблуждение заключается в том, что структурный продукт является одной из форм банковского депозита. Депозит обеспечивает вкладчику фиксированный заранее процент, тогда как доходность структурного продукта зависит от выполнения условий по базовым активам и при определенных сценариях может быть значительно выше.
Особенности инструмента
На российском рынке структурные продукты часто реализуются через структурные облигации, эмитируемые специализированными финансовыми обществами (СФО). Такие инструменты, как правило, доступны только квалифицированным инвесторам, регулируются российским законодательством и широко используются крупнейшими участниками финансового рынка.
Структурный продукт имеет срочность и доход по нему зависит от выполнения определенных заранее условий по базовым активам. В эмиссионной документации фиксируются порядок определения цен/значений базовых активов, контрольные даты их определения, а также основания и механизмы выплат.
При этом структурные продукты не обещают максимума доходности. Они дают инвестору главное – прозрачный контроль над соотношением риска и потенциальной доходности. В мире, где «безрисковой высокой доходности» больше нет, это становится ключевым инвестиционным преимуществом.
Эмир Умеров
Аналитик ТРИНФИКО